Каждый подъехал на своей машине к старой трамвайной петле, Хлюп уже с творогом.

— Из нашего окна как раз видно кусок Статковского, — пояснил другу Хлюп. — Правда, из окошка на чердаке, но кто ее знает. Что у тебя за вещь такая?

Обреченно вздохнув, Карпинский во всем чистосердечно признался. Хлюп проникся и встревожился. Друзья вместе перенесли тяжеленный портфель в машину Хлюпа, и оба в ней закрылись, дабы обсудить проблему легальности имущества, способы избавиться от проклятого жулика и место сокрытия несметных богатств.

Хлюп проживал в собственной вилле, хотя назвать так его жилище можно было лишь с большой натяжкой. Построенный еще прадедом Хлюпа, просторный деревянный дом к этому времени совсем обветшал, денег же на капитальный ремонт не находилось, зато в доме имелось множество укромных помещений, всевозможных чуланчиков, каморок и вообще тайников, так что хозяину не составит труда спрятать не слишком громоздкий предмет.

— Можно на чердаке, можно в старом сундуке, — рассуждал Хлюп. — А лучше всего в моем шкафу, где рыболовные снасти.

К рыболовному помешательству супруга Богуся испытывала столь непреодолимое отвращение, что никогда не заглядывала в шкаф с удочками, спиннингами и прочими причиндалами. Ну и само собой предполагалось, что ни жене, ни детям, и вообще никому на свете Хлюп и словечка не проронит о доверенных ему сокровищах.

Наконец друзья расстались, не подозревая, что злой рок уже носится над их головами, с дьявольским свистом рассекая воздух...

* * *

Вернувшись домой. Хлюп въехал на машине в сарай, служивший гаражом, но лишенный ворот.